Текст песни Фёдор Шаляпин — Ария Бориса

А ты, мой сын, чем занят? Это что?

Чертёж земли Московской,
наше царство, из края в край.
Вот видишь: вот Москва,
вот Новгород, а вот Казань... Астрахань.
Вот море, Каспий-море;
вот пермские дремучие леса.
А вот Сибирь.

Как хорошо, мой сын!
Как с облаков, единым взором,
ты можешь обозреть всё царство:
границы, реки, грады.
Учись, Феодор!
Когда-нибудь, и скоро, может быть,
тебе всё это царство достанется.
Учись, дитя!

Достиг я высшей власти.
Шестой уж год я царствую спокойно.
Но счастья нет моей измученной душе!
Напрасно мне кудесники сулят
дни долгие, дни власти безмятежной.
Ни жизнь, ни власть, ни славы обольщенья,
ни клики толпы меня не веселят!

В семье своей я мнил найти отраду.
Готовил дочери веселый брачный пир,
моей царевне, голубке чистой.
Как буря, смерть уносит жениха...
Тяжка десница грозного судии,
ужасен приговор душе преступной...
Окрест лишь тьма
и мрак непроглядный!
Хотя мелькнул бы луч отрады!
И скорбью сердце полно,
тоскует, томится дух усталый.
Какой-то трепет тайный...
Всё ждёшь чего-то...

Молитвой тёплой к угодникам божьим
я мнил заглушить души страданья...
В величье и блеске
власти безграничной,
Руси владыка, у них я
слёз просил мне в утешенье...

А там донос, бояр крамолы,
козни Литвы и тайные подкопы,
глад, и мор, и трус, и разоренье...
Словно дикий зверь,
рыщет люд зачумлённый,
голодная, бедная стонет Русь...

И в лютом горе, ниспосланном Богом
за тяжкий мой грех в испытанье,
виной всех зол меня нарекают,
клянут на площадях имя Бориса!

И даже сон бежит,
и в сумраке ночи
дитя окровавленное встаёт...
Очи пылают, стиснув ручонки,
молит пощады...
И не было пощады!
Страшная рана зияет,
слышится крик его предсмертный...
О, Господи, Боже мой!